Первый литератор Стародубья


4 марта 2015 года

Первый литератор СтародубьяКазачьего хорунжего Николая Ханенко (1691 – 1755) можно смело назвать первым литератором наших мест. В опубликованном в 1884 году его дневнике («диариуш» - искаженная французская транскрипция английского слова «diary») отражены события первой половины – середины XVIII века.

1. Малороссы/великороссы
Сегодняшняя Брянщина как территория современной Брянской области (образованию всего-то 70 лет), состоит из двух в XVIII веке практически мало в чем сходных и культурно разрозненных частей. Брянский, Севский, Трубчевский и Карачевский уезды были собственно великороссийскими - до 1778 г. они входили в Севскую провинцию, а после — в Орловское местничество. Юго-западные территории входили вначале в штаб Стародубского полка, а позже — Малороссийское Новгород-Северское наместничество. До 1618 года Стародуб был рядовым русским городом, ни по населению, ни по языку не отличавшимся от других русских городов. Но после того, как он по Деулинскому перемирию отошел к Польше, большая часть русских помещиков из Стародубского и Почепского уездов вынуждена была переселиться выше в пределы России. Села и деревни еще в Смутное время были страшно опустошены отрядами поляков и казаков, после присоединения к Польше в 1618 г. сюда переселяется множество выходцев с Украины, некоторые русские дворяне — Бороздны, Рубцы несли службу польскому королю и поэтому сохранили свои владения и под польской властью. Пограничное положение края принудило к постоянной обоюдосторонней миграции населения из русских уездов и наоборот, но чисто украинской эта территории никогда не являлась.

Однако (речь идет о времени, предшествующем основанию посада Клинцы) на Стародубщине распространяются традиции украинской (как угодно – хохлацкой, малороссийской) культуры, центром которой была Киево-Могилянская академия. Многие представители казацкой вехушки получали образование именно там. Реформы Петра I несли в общество секуляризацию, т.е. способствовали проникновению западной светской культуры. Именно на Стародубщине остро столкнулись клерикальные канонические воззрения старообрядцев и мирские представления нового времени. Наиболее ярким представителем высокообразованного украинского дворянства был Николай Данилович Ханенко, которого мы назвали хронологически первым известным на территории современной Брянщины писателем и поэтом.

Фамилия Ханенко происходит из украинской шляхты. Запорожец Стефан Ханенко прославился в начале XVII в., отбив со своим казацким отрядом «полон» (пленников) у татар. Его сын Михаил поддержал сына Богдана Хмельницкого Юрия, изменившего России. Старший сын Михаила - Данила занимал влиятельные должности в казачьем войске, в итоге дослужился до должности «наказного полковника Лубенского», женился на дочери генерального есаула Ломиковского, которая в 1691 г. родила сына Николая. В 1695 г. во время осады войсками Бориса Петровича Шереметева турецкой крепости Кизикермень Данила был убит. Осиротевший Николай Ханенко воспитывался в доме деда по матери - генерального есаула Ломиковского, участника походов против турок, татар и поляков.

Можно достоверно сказать, что Николай Ханенко закончил Киево-Могилянскую академию. У его потомков хранилась переплетенная в кожу книжка на 147 листах, написанная рукою Николая Ханенко и датированная 1709 г. Это сборник стихов - вирши на латинском, польском и славянском языках принадлежали перу Феофана Прокоповича (будущего митрополита, друга и советчика Петра I), Стефана Яворского, Филиппа Орлика. Здесь же были стихи и самого Ханенко.

2. День за днем
В 1710 г. учеба была закончена, и Ханенко определяют на военную службу. В 1711 г. под знаменами гетмана Скоропадского он участвует в походе на Крым. После этого Ханенко служит в Генеральной Канцелярии, а с 1717 г. находится при Скоропадском, выполняя личные его поручения не только в Украине, но в Москве и Петербурге. В начале 1722 г. в составе свиты гетмана он отправляется в Москву для поздравления царя с заключением Ништадтского мира. Всю эту поездку, день за днем он описывает в своем первом дневнике, прозванном им самим “Диариуш или журнал”.

5 января 1722 г. посольство прибыло в Севск, при подъезде к которому было торжественно встречено секретарем Севской провинции Василием Лазаревичем Шагаровым. В замковой церкви была отслужена торжественная литургия, по окончании которой был дан званый обед. 6 января свита гетмана выехала из Севска, а поздно вечером 8 января ясновельможный прибыл в Карачев. В этот день в Карачев приехал из Москвы курьер с указом немедленно выслать Генерального писаря со стародубскими писарями для расследования дела о Почепской меже.

Примечательно, что это дело было направлено против любимца царя Александра Даниловича Меньшикова, отмерившего себе самовольно огромные владения с центром в Почепе. После обеда в Карачеве, проехав 35 верст, делегация заночевала в селе Студенке, в доме помещика Ивана Васильевича Соковнина. Через Белев и Калугу 18 января в час звона на вечерю прибыли в белокаменную. У ворот столицы их встретили с барабанным боем.

Тетрадь за тетрадью, большой рукописный “Диариуш” Ханенко вел на протяжении 35 лет своей жизни. Уже само по себе такое явление, как составление дневника, для того времени является редким случаем. Часть дневника позже была утрачена, но в основном он сохранился и опубликован в “Киевской старине” в 1884 г. издателем Бодянским. На страницы дневника попадают как значительные события вроде царских приемов, так и масса мелочей жизни, например, цены на лошадей, сало, яйца, гвозди.

В “Диариуше” описываются многочисленные деловые встречи в Москве со светскими и духовными сановниками - Петром Андреевичем Толстым, Петром Павловичем Шафировым, Гаврилой Ивановичем Головкиным, Феофаном Прокоповичем, Феодосием Яновским, с самим императором и императрицей. Пышные похороны князя Петра Михайловича Голицына, торжественные фейерверки, маскарады — все в деталях описано в дневнике Ханенко.

В июле 1722 г. вместе с наказным гетманом Полуботко Ханенко направляется в Дербент к Петру I с жалобой на учрежденную царем в Украине коллегию, ограничивавшую местную автономию. Через год после пышных приемов в московских палатах жалобщикам пришлось отведать пытки в застенках тайной канцелярии и тюремное заключение. В семье Ханенко сохранилось предание, что из темницы его водили во дворец давать уроки и обучать в гарнизонной школе офицерских и солдатских детей. Дошедший до нас через два столетия “Дневник Ханенко” является уникальным документом по истории первой половины XVIII века.

3. При новых властях
Только с восшествием на престол Екатерины I узники получили свободу и им были возвращены старые должности. Ханенко убывает в Петербург, где является свидетелем смерти императрицы и восшествия на престол Петра II. После падения Меньшикова и восстановления гетманства его назначают стародубским полковым судьей. В 1732 г. гетман посылает его в Петербург с присягами императрице Анне Иоанновне. С мая 1736 г. по январь 1737 г. Николай Ханенко являлся наказным полковником или «комендором» над командами из всех украинских полков, направленными для содержания форпостов при Триполе. В 1738 г. следует повышение из полковых судей в обозные Стародубские. Во главе Стародубского полка Н. Ханенко участвует в Крымском походе с генерал-фельдмаршалом графом Ласси. За отличие в штурме Перекопской крепости он был “удостоен на вакансию в бунчужные генеральные”. Возвратившись из Крыма, принимает участие в Днепровской экспедиции против татар и в Хотинском походе Миниха в Молдавию. В 1741 г. последовало очередное назначение — должность генерального хорунжего, шестую в старшинской иерархии, на которой он оставался до своей смерти. В обязанности генерального хорунжего входило хранение гетманских регалий, в том числе большого знамени (знамя – «хоругвь», от чего происходит и само название должности хорунжего), содержать списки всей украинской шляхты, следить за вакансиями в должностях. Гетман Разумовский так характеризовал Ханенко: “По своей должности исправен и к правлению поручаемых ему дел совершен и трудолюбив”.

4. Крупный землевладелец
За всю свою долгую и верную службу Николай Данилович универсалами (грамотами или благодарностями) гетманов Полуботка (1723 г.), Апостола (1730 г.) был пожалован владениями на территории будущих Стародубского, Новгород-Северского и Суражского уездов. На Стародубщине это были села Перекоп, Дешковичи, Курово, Чубарово, хутор Васильевский, несколько дворов в селе Городище (все эти территориальные центры своего времени утратили значение с развитием текстильной промышленности в середине XIX века, село Лотаки, где проживало до 5 тысяч населения – сегодня маленькая деревня). В 1752 г. универсалом гетмана Разумовского Ханенко жалуются такие села и деревни, как Комань, Юхнов, Городище, Чаусы, Случевск, Дареевск, Сопычи, Муравьи (возле нынешних Павлич Клинцовского района). Позже путем покупок эти владения значительно расширились.

Главной усадьбой Николая Даниловича становится село Городище в Погарской сотне, но по хозяйственным делам он очень часто в свободное время заезжал в другие владения, в том числе и в самое дальнее из них — село Лотаки. Все это отражено на страницах “Диариуша”. То он отмечает, что из Лотаков привезли в Городище липовые доски, деревянную посуду, лыко или медвежьи шкуры, то пишет о поездке туда в 1754 г., во время которой строго отчитал лотаковского священника Семиона Пригару “за здирства людское”, т.е. за жадность его и обиды, нанесенные прихожанам.

В окрестностях Лотаков Николай Данилович скупил особенно много земель у местных жителей. По купчей 1740 г. житель Лотаков Иван Курганский продал ему “грунт свой дедизный» (наследственную землю) в селе и при селе Лотаках, прозываемый Семковщина, в разных местах и урочищах с селидебными, огородными, сенокосными и лесовыми разработками”.

В управлении своими крепостными Николай Ханенко сочетал патриархальные методы с просветительскими надеждами на гуманные отношения между помещиком и крепостным. В дневниковой записи от 3 июня 1743 г. Ханенко отмечает: “Писал к новояринятому старосте Лаврену Казачковскому, чтобы не пьянствовал и с людьми не дрался”. “1745 г. 3 мая, староста Павел Гузовский наказан за пьянство, а по инказании обещал он уже ничего пьяного не заживати, пока у нас на службе будет”. Как добрый хозяин, Ханенко заботился о крепостных в неурожайные годы.

В 1732 г. крестьяне сел Курово и Чубарово были записаны по ошибке в число свободных. Узнав об этом, они отказались от всякого “послушенства” Ханенко. Николай Данилович приказал “противных смирить” и добился в Глухове, чтобы эти села были исключены из числа коронных земель. Получив указ из министерской канцелярии «чтобы куровцы и чубаровцы по-прежнему отдавали ему надлежащее послушенство”, он поехал в Курово, где “застал мужиков в собрании, которые, как на мене самого порвались с дубьем, так служителей моих жестоко били и насилу мы ушли от оного мужичского разбою”.

Стародубский полковник дал указ забрать “предводителей к бунтовству и разбойному нападку и о присылке оных в полковую канцелярию”. Через две недели куровцы и чубаровцы вынуждены были снова ходить “на пригон” к Ханенко.

5. Культурный уровень
На страницах “Диариуша” можно найти многочисленные примеры, свидетельствующие о разносторонних духовных интересах автора. Сообщения об урожаях, ценах и светских приемах перемежаются здесь с названиями книг, которые он приобретал и читал. Среди них много книг религиозного содержания, но еще больше мирских. Это и исторические труды, такие, как “Жизнеописания римских императоров”, и литературная классика: “Басни Эзопа”, “Похождения Телемака” аббата Фенелона. Книги в те времена были предметом роскоши, но Николай Данилович на них денег не жалел. Брали у него книги для чтения или переписки и другие казацкие книголюбы.

В дневниковой записи за 4 октября 1742 г. отмечено: “Писец гадяцкого полку взял переписывать книгу разговоров в царствии мертвых Карла XII шведского с герцогом Фридрихом”. Богатая библиотека, собранная Николаем Даниловичем, его сыновьями и внуками была передана в Новгород-Северскую гимназию. Ханенко читал книги не только на русском, но и на латыни, которая была одним из основных предметов, преподававшихся Киевской академии. Некоторые книги Ханенко переводил на русский язык сам.

Ханенко является одним из первых поэтов на Брянщине. Сохранились его силлабические стихи, написанные тринадцатисложным размером. В основном все они являются стихотворными молитвами (как тут не вспомнить многочисленные «псалмы» другого помещика И. Бороздна). Но сочинял он и прекрасные светские стихи лирического характера. Приведем один из них:

“Бедна ж моя головушка! Що маю чинити?
Як же мине да на свите печальному жити?
Хотел бы я, як другие, тоже веселиться.
Ах! Как трудно быть веселым, коль сердце крушиться!
Чи для того що лихие люде осуждают,
Через зависть проклятую щастье отнимают;
Губят всегда по крытому, а в очи ни слова,
Нигде же от них бачу скриться, негде схоронитися.
Просячи и вздыхаючи к всещедрому Богу
Да явить ко мне он милость грешному премногу,
Будь милостив, Отче правый, не даждь мне пропасти.
Сохрани мя от злых язык, неправд и напасти”.

Кроме литературы Ханенко живо интересовался научными открытиями. 2 июня 1747 г., будучи в Петербурге, он ездил в академию наук, чтобы посмотреть на демонстрировавшиеся там электрические эксперименты.

Николай Данилович был женат на Ульяне Петровне Корецкой. Благодаря этому браку, Ханенко породнился со всеми знатнейшими помещичьими семействами Стародубья - Миклашевскими, Шираями, Скорупами, Скоропадскими. В духе соблюдения обычаев православной веры и глубокого уважения родителей воспитывались их дети. Старший из сыновей Петр, дослужившийся до звания подполковника, умер в Стародубе 18 января 1833 года.
Г. Калашников

Авторизоваться для голосования и добавления комментариев


ЛизаАлерт - Поиск внезапно пропавших людей - lizalert.org

RSS


  ФОТОАЛЬБОМ

Автор: letmix
Помним
все фотографии »